Гура-сан
ГУРА, ВУУУ!
Драбблы

– Ахахаха, – неуверенно протянул Тацума, мысленно подсчитывая ущерб и прощаясь с последними сбережениями.

Почему оплачивать последствия деятельности товарищей приходилось ему, он предпочитал не думать. Первая и последняя попытка выяснить причину подобной несправедливости увенчалась полным провалом.
– Меня это не интересует, – отмахнулся Шинске, видимо, считая оплату собственных счетов ниже достоинства самурая.
– Эй, два клубничных парфе, – ответил Кинтоки, бесцеремонно закидывая ноги на стол и лениво потягиваясь.
– Согласно последним отчетам, предоставленным руководителем финансового отряда пятого подразделения армии Джои… – начал Зура и Тацума предпочел воздержаться от дальнейших вопросов, включая тот факт, что никаких финансовых отрядов у армии Джои не было.

Мрачно окинув взглядом представшее зрелище, Тацума окончательно убедился, что похоронить этих двоих сразу обошлось бы ему куда дешевле.
– Идиоты, – лаконично констатировал Зура, душевно пнув подкатившуюся к ноге банку, которая, отлетев, с размаху врезалась в ножку стола. Тот, трагически хрустнув, завалился на бок, опрокинув десяток пустых бутылок, старательно выставленных шатающейся пирамидой.
– Ахахаха, Зура, да ты опасен, – без особого энтузиазма отозвался Тацума. Желание отправиться в космос обострилось до предела.
Хаос и разрушение – идеальное описание творившегося беспредела. Переполненный обреченной решимостью, Тацума неуверенно переступил через одиноко лежащий на полу сямисэн, на грифе которого красовался чей-то дырявый носок, завязанный аккуратным бантиком. Среди разбросанных подушек вяло копошилось два встрепанных человеческих тела совершенно непотребного для гордости армии вида.
– Когда я говорил вам сходить в бордель, а не иметь мозг подчиненным – я не это имел в виду, безответственные болваны! – вспылил Зура, прицельно запустив еще одной банкой. Второй снаряд угодил Кинтоки прямо в спину, чуть ниже шеи, на которой уже красовался яркий кровоподтек неопределенного происхождения. «Боевое ранение» – решил Тацума.
Тела, заметно активнее зашевелившись, недовольно уставились друг на друга, синхронно выругались и с видом оскорбленной невинности, которую лишили добавки за обедом, расползлись по углам.

– У меня есть дела поважнее, – надменно усмехнулся Шинске, на ходу натягивая помятый форменный китель, демонстративно небрежным жестом вытащенный из-под тарелок с едой.
«Такасуги – идиот» – гласила корявая надпись на решительно удаляющейся спине. Тацума только вздохнул, закрыв лицо ладонью.
– Ээээ, я, наверное, тоже пойду, – наигранно смеясь, Кинтоки старательно прикрывал наполовину оторванный рукав, боком продвигаясь к выходу. Жертвой храброго отступления, переходящего в позорное бегство стала штора, которой не посчастливилось оказаться на пути. Тацума молча приплюсовал новые цифры к предполагаемой оплате.
– О, Шинске забыл свой инструмент! Пойду отдам! – радостно отозвался Зура, брезгливо поморщившись при виде декоративного носка.
Космос. Космос вновь манил своими бескрайними просторами, потрясающей красоты пейзажами, открывающимися возможностями и отсутствием горячо любимых товарищей.

– Эй, господин! А как же счет! – воскликнула обворожительная молодая девушка в легкомысленной юкате, свесившись через перила лестницы и помахав в воздухе небольшим листом бумаги.
– Иду, милая леди! Кстати, вам сегодня уже говорили, сколь вы прекрасны? Наверняка ведь говорили! – Тацума разом воспрянул духом и стремительно направился к ступеням, улыбаясь одной из своих наиболее лучезарных улыбок. Кинтоки называл их оскалом слабоумного, но женщинам, кажется, нравилось. «Кинтоки завидует» – решил тогда Тацума.
Стоило отметить, день неожиданно стал весьма недурным. Яркое солнце уверенно пробивалось сквозь облака, разгоняя их сияющими золотыми лучами, на улице внизу веселились люди, жизнерадостно пели птицы, а Кинтоки с Шинске в это время возможно наконец переубивали друг друга. Прекрасная девушка смущенно краснела, слегка вздрогнув, когда Тацума словно невзначай коснулся ее пальцев, ловко перехватывая счет.
Цифры на бумаге сияли количеством нулей, не уступая летнему солнцу.
– Что-то не так? Какие-то вопросы? – неуверенно поинтересовалась девушка.
– Только один. Скажите, зачем люди внизу веселятся?
Тацума был полностью деморализован. Безысходность и отчаяние накрывали его с силой десятибалльного шторма. Девушка удивленно моргнула. В космос, однозначно, в космос.



Стихи

диван продавленный широкий
луч света ты в моем окне
я мини фики мониторю
во сне


А может быть ворона
А может Хиджиката
А может Широяша
А может Отосэ

Нет, Отосэ не может
Совсем-совсем не может
Ведь ей же за полтинник
Не может, нет
Совсем.

Рисовалка



Фотошоп










@темы: Дежурка о ни варе ва нахрен